ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение | ГЛАВА I. КОМИЧЕСКОЕ И ЯЗЫК | ГЛАВА II. ЛЕКСИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА КОМИЧЕСКОГО | ГЛАВА III. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА КОМИЧЕСКОГО | ГЛАВА IV. РЕЧЕВЫЕ ПРИЕМЫ КОМИЧЕСКОГО | Заключение | Библиография

В книге на материале произведений писателей-сатириков 20-30-х годов ХХ века – Дж.Мамедкулузаде, А.Ахвердиева, Т.Шах--бази, Б.Талыблы, Гантемира, Мир Джалала, С.Рахмана и др., впервые раскрываются речевые средства и паралингвистические механизмы комического, манеры эзоповского повествования, иносказания, деформации, неожиданности, недоразумения, несоответствия и другие языковые приемы разоблачения негативных явлений, уродств и безобразий.

КОМИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ


Лексический материал – это прежде всего словарный состав язы---ка. Однако без использования фразеологического богат-ства язы-ка невозможно создать подлинно художественное произве-дение. Фра--зеологические единицы в силу своего образного эмоциональ-но-экспрессивного характера в художественном произведении выступают в качестве важнейших языковых средств, обеспечиваю--щих вы--разительность и красоту формы. Они открывают перед пи--са-телем ши-рокие возможности для описания важнейших проблем эпо-хи об-раз-но-поэтическим слогом. Наряду с другими языковыми еди--ни-ца-ми, правильный выбор и мастерское использование фразеоло-ги-чес-ких единиц придают особое изящество и живость языку худо-жествен--ного произведения. Пословицы и поговорки, крылатые сло-ва и афоризмы значительно повышают художественность языка. Про-изведения, лишенные подобных средств выразительности, выг-лядят блед-ны-ми и скучными, читаются без интереса. Сатирические и юмо-рис-ти-ческие произведения в этом отношении не отличаются от про-из-ведений лирических, эпических и драматических. И все же фра-зео-ло--гия общенародного языка в силу своего комического потен-циала, приобретения комического качества в ко--мической среде в этих про-из-ведениях отличается особым характе-ром: фразео-ло-ги-чес-кие еди-ни-цы выступают здесь специфически-ми выразительными сред---ствами ху--дожественной речи. Хотя ху-до-жес-твен-ные произведения и не бы-ва-ют лишены индивидуально-автор-ских выражений, од-на-ко основным ис-точником фразеологии в них яв--ляется общенарод-ный язык, его фра-зеологический состав. Мастерство писателя из-меряется его умением использовать фразеологическое богатство языка, ибо общенародный язык в этом отношении представляет со-бой неиссякаемый ис-точ-ник, с которым не может соперничать инди-ви-дуальное творчество.
* * *
Прозаические произведения Симурга, Б.Талыблы, Кантемира, Мир Джалала и С.Рахмана выделяются богатством фразеологиче-ских жемчужин общенародного языка. Ясное представление об этом дает анализ формы, структуры и семантических особенностей фразеологи-ческих единиц, в целом–анализ их комической при--роды. В романе «Воскресший» и рассказах Мир Джалала, в твор-честве Симурга, Б.Талыблы, Кантемира, С.Рахмана, как и дру-гих азербайджанских писателей и поэтов рассматриваемой эпо-хи, до-вольно часто встречаются выражения типа «дил ачды» (развязал язык), «аъыьы тутду» (рассердился), «юзцнц итирди» (растерял-ся), «ди-ли долашыр» (язык заплетается), «рянэи гачды» (поблед-нел), «эюздян итмишди» (исчез), «йада дцшдц» (вспомнилось), «дили тутулумушду» (потерял дар речи), «гаш-габаьын саллады» (насупил брови), «бейниня батмады» (не укладывалось в голове), «йухума эирди» (приснилось), «йола салмышды» (отправил), «дара дцшмямишди» (не попадал в затруднительное положение), «дарда гоймушду» (оставил в беде), «эюз-эюзц эюрмцрдц» (не видно было ни зги), «юзцндян эетди» (потерял сознание) и множество других. Это закономерно: приведенные единицы представляют собой обычные, естественные и необходимые языковые средства вырази-тельности, единицы коммуникации. Место, отводимое нашими пи-сателями описаниям и диалогам, не имеющим сатирического ха-рактера, обусловливает также употребительность подобных выра-жений, лишенных комического качества. Например: «Сгущались сумерки, приятная дневная прохлада сменилась холодным, прони-зывающим ветром» («Воскресший»). В этом предложении нет ни одного слова, обладающего ко-мическим оттенком. В романе мно-жество подобных предложений, которые не преследуют комиче-ской цели. Комический харак-тер описания зависит от цели писате-ля, от его отношения к образам, предметам и явлениям. Поэтому для создания комического фо-на писатель должен уметь мастерски связывать слова и выраже-ния в тексте. Известно, что слова сами по себе, в отдельности ред-ко бывают смешными; фраза же, сочетания слов открывают ши-рокие возможности для сравнения различных предметов, явлений, качеств, особенностей. Неожиданные сравнения придают тек-с-ту комическую окраску. Фразы, образованные таким путем, созда-ют условия для раскрытия комических противоречий. «То или иное отрицательное явление порой можно разоблачать, осмеять одной фразой»1.
Подобное усвоение фразеологического материала характерно и для творчества азербайджанских мастеров комизма. Рассмотрим два примера: «Городовые, увидев улыбку на его лице, смешались, стали тужиться, чтоб рассмеяться» (Мир Джалал); «Мулла Акпер... вернулся домой с разбитым сердцем» (Б.Талыблы). В первом пред-ложении группа последнего сказуемого придает комический отте-нок и выражению «ял-айаьа дцшдцляр». Выясняется, что городо-вые пришли в замешательство, увидев неожиданную улыбку на лице губернатора, они тужатся рассмеяться, чтобы угодить ему. Подобное угодничество, недостойное порядочного и гордого чело-века, вызывает смех у читателя; общественный строй, воспитавший человека в духе низкопоклонства перед сильными мира сего, вызы-вает отвращение. Употребление подобных выражений в комиче-ском плане связано со стилем и авторскими целями. Выражение приобретает различные оттенки в связи с содержанием текста, хо-дом событий и комической ситуацией. Выражение «кюнлц сыныг» (с разбитым сердцем) обычно имеет отношение к положительному образу, употребляется в серьезном плане. Однако в художествен-ном произведении, употребляясь в необычной ситуации, подобные выражения могут приобретать иронический оттенок. Герой расска-за Б.Талыблы «Зарок» Гасан Бахыш оглу тяжело болен. Почувство-вав приближение его смерти, посылают за муллой. Мулла, поняв в чем дело, радуется в предвкушении даровой халвы. Однако с рас-светом происходит чудо: Гасан не умирает, его состояние улучша-ется. В этой ситуации автор пишет: «Мулла Акпер... возвращался домой с разбитым сердцем». Безусловно, неожиданное выздоров-ление Гасана опечалило муллу. Автор использует указанное выра-жение в комическом плане с целью высмеять муллу, опечаленного благополучием ближнего. Или, например, выражение «уменьшить ход» (ходуну алмаг) лишено какого бы то ни было комического оттенка в обычных ситуациях типа «уменьшить ход машины». Од-нако Мир Джалал, употребляя его по от-
1 Д.Николаев. Смех – оружие сатиры, с. 193.
ношению к Саялы, болтающей безостановочно, «без запятых, без точек», выражает насмешку: «Чепел убавила ход своего голоса». В подобных случаях выражение может удаляться от своего сигнифи-ка-тивного значения и использоваться в другом значении. «Помимо этой женщины, с которой у него был временный брак, он спрова-дил еще четырех женщин» – выражение «йола салмышды» (спро-вадил) Мир Джалал в этом предложении употребляет в значении «дал развод».
Таким образом, выражения, служащие обычным, общеупотре-би-тельным материалом для лирических, эпических и драматиче-ских произведений, в комическом тексте благодаря комической (сатирической) конситуации превращаются в средства комизма. Это важнейшая форма использования фразеологических единиц в сатирических и юмористических произведениях.
В языке существуют фразеологические единицы, которым по природе присущи оттенки гаммы смеха. Безусловно, мастер сати-ры, создающий комическое произведение, не может обойти сторо-ной подобные средства. Фразеологические единицы этой группы обладают комической семантикой по происхождению и историче-ски формируются как мельчайшие сатирические произведения. Эта особенность, присущая фразеологическим единицам и вообще оп-ределенной части фразеологии общенародного языка, значительно расширяет границы языковых средств комического. Учитывая эту особенность, К.Мамедов указанную группу фразеологических еди-ниц (идиом), пословиц и поговорок, афоризмов включает в сатири-ческий жанр и рассматривает в качестве самостоятельных сатири-ческих произведений: «В азербайджанской устной и письменной литературе существуют самые разнообразные жанры сатиры: сати-рические афоризмы и идиомы, сатирические пословицы и поговор-ки, крылатые слова, анекдоты, небылицы, сатирические сказки, сатирические баяты, басни, пасквили, куплеты, мейхана, интерме-дии, сатирические рубаи, сатирические газели, эпиграммы, паро-дии, фельетоны, памфлеты, комедии, сатирические миниатюры, сатирические рассказы, сатирические повести и романы, сатириче-ские поэмы и т.д.»1. В этом перечне не случайно акцентиру-

1 Камран Мяммядов. ХЫХ яср Азярбайъан шериндя сатира, с. 3.
ется слово «сатирическое»*. Говоря о «сатирических афоризмах и идиомах», «сатирических пословицах и поговорках», автор отгра-ничивает их от несатирических пословиц и поговорок, афоризмов и идиом. Таким образом, включая фразеологию в целом в литератур-ные жанры, он разграничивает их сатирические и несатирические виды. Этот принцип подтверждается материалом художественного творчества наших мастеров комической прозы. Особенно велика нагрузка подобных фразеологических единиц с точки зрения коми-ческой целесообразности в прозе Симурга, Б.Талыблы, Кантемира, Мир Джалала и С.Рахмана. Например, из прозы Мир Джалала можно привести следующие образцы: Аллащ эюстярмясин, «ъя-щяннямдян безбилет гачан» белясиня дейирлярмиш; Одур, Щя-сяняли ушаьы эялиб-эетмякдян йолу йыртдылар. Щяр эцн бир дцдцк вериб йола салырам; Бир дя йадына дцшдц ки, щейванын зийаныны истяйяъякляр, «дяримя саман тяпяъякляр»; Гары бу йердя шялтясини инлядя билмяди; Бизим гарнымыз дойсун, ал-тда галанын ъаны чыхсын; Щаъынын «аб-щавасындан» билди ки, мясяля ъиддидир. Юзцнц бярк чякди; Бунлары Дурмуш да юз кяллясиня йахшыъа вурмушду (Не дай бог, вот о таких говорят: «без-билетный пассажир из ада»; Дети Гасанали столько бегают ту-да-сюда, что продырявили дорогу. Каждый день отдаю им по дудке и отправляю домой; Вдруг он вспомнил, что у него потребу-ют день-ги за загубленную скотину. «Кожу мою прошьют соломой»; В этот момент у старухи не сработала нижняя юбка; Наш жи-вот пусть на-полнится, кто останется снизу, пусть подыхает; Состоя-ние Гаджи говорило о том, что дело обстоит серьезно. Он весь по-добрался; Их и Дурмуш хорошенько треснул о свою башку) и т.д.
Такие выражения, как «безбилетный пассажир из ада», «дать в руки дудку», «прошивать кожу соломой», «сработать нижней юб-кой», «те, что снизу, пусть подыхают», «весь подобрался», «трес-нул о свою башку» сами по себе обладают комическим качеством и выражают откровенное сатирическое отношение. Комическое воз-действие подобных языковых фактов не имеет тесной связи с ко-мической ситуацией и другими словами в тексте. Как уже отмеча-лось, эти выражения исторически формируются в качестве са-

* Автор иногда употребляет термин «сатира» в значении «комизм». И здесь слово «сатирическое» выступает синонимом слова «комическое».
мостоятельных сатирических и юмористических произведений, а впоследствии включаются в ряд составных элементов устной и пись-менной литературы, входят в число комических средств языка.
С.Рахман, как и его учителя и современники, умел не только придавать комическую окраску выражениям народного языка, но и удачно использовать комический потенциал фразеологических единиц, сформировавшихся в сатирическом или юмористическом качестве. Его рассказы, созданные в 30-е годы, своим юмором и сатирической остротой в немалой степени обязаны и подобным выражениям. Мы имеем в виду не общеупотребительные выраже-ния в его прозе, а выражения, привлекающие внимание своим ко-мическим содержанием, придающие его произведениям особый юмо-ристический колорит. Они играют значительную роль в фор-мировании комического повествования и диалогов, в создании об-щего комического фона его рассказов. По происхождению эти вы-ражения связаны с фразеологией общенародного языка, однако мастерское использование их писателем производит впечатление удачной находки. Безусловно, большую роль при этом играет ав-торское чувство комического, его художественный вкус. Это об-стоятельство способствует определению специфики индивидуаль-ного стиля писателя, а также позволяет избегать эпигонства.
В языке прозы С.Рахмана комические фразеологические едини-цы отличаются большой эмоциональной насыщенностью; напр.: «Мяни ямялли-башлы сичана дюндярдиляр» (Меня превратили в самую настоящую крысу); «Чохлары тярсиня дяйян йумругла онун аьзыны ширин елямишди» (Многие своими кулаками подсласти-ли его рот); «Ону дюйцб дцйц унуна дюндярдиляр» (Его избили, в рисовую муку превратили); «Мялум олду ки, ики эцн габаг Мирга-сым о дцнйайа тяшриф апарыб» (Стало известно, что два дня то-му назад Миркасум отправился с визитом на тот свет) и т.д.
В первом примере причиной комизма становится то обстоя-тельство, что персонаж, у которого крысы вызывают отвращение, сам признается в том, что его били и превратили в крысу. Выраже-ние «аьзыны ширин елямяк» (подсластить рот) также употребляет-ся не в своем обычном значении, а в значении «быть избитым»: используя многозначность выражения, автор употребляет его в ка-честве синонима предшествующего сравнительного оборота; «пре-вратить в рисовую муку» также означает «избить», однако это вы-ражение отличается от предыдущих тонкостью значения: подсла-стить рот – означает слегка побить, превратить в крысу – хорошень-ко избить, превратить в рисовую муку – избить до полусмерти.
Выражение «отправиться с визитом» («нанести визит») из по-след-него примера обычно используется в речи господ, беков и знат-ных дам, и означает «пойти в гости, проведать кого-либо», здесь же автор употребляет его в значении «умереть». Таким обра-зом, комизм подобных выражений иногда создается путем вторич-ной метафоризации, путем переосмысления устойчивого сочетания и использования его в неожиданном значении.
В языке прозы комизм создается иногда за счет вульгарного пе-реосмысления выражения. Герой Б.Талыблы следующим образом высказывается о законе, установившем равноправие женщин с муж-чинами: «... От владетелей мандатов слышно, что отныне узда тетушки Тукезбан будет в ее собственных руках». Иногда, напро-тив, положительное явление оценивается отрицательными типами как явление отрицательное, и выражение, подобранное в соответ-ствии с мышлением героя, становится причиной комизма. В соот-ветствии с мышлением и психологией мужчин, недовольных тем, что делегатами на съезд посылают женщин, автор в языке повест-вования употребляет выражение «Кимдир кечян анасындан-баъысын-дан?» (Кто не заступится за своих матерей и сестер?) Кре-стьяне, с одной стороны, раздражены тем, что председателем сель-совета из-бирают женщину, с другой – они довольны тем, что из-брана такая жен-щина, как Тукезбан. В первом случае автор исполь-зует вы-ра-же-ние «гейряти ялдян эетмиш» (обесчещенный), во втором – «гей-рятиня гашов чякмяк» (обесчестить, усыпив бдительность лаской).
В языке сатирической прозы в качестве средств комического (путем присоединения к ним различных слов) иногда выступают выражения, сами по себе лишенные комических оттенков. Напри-мер, Мир Джалал следующим образом использовал данный прием: ответил – ответил крепко как красный перец; тосковал – тосковал по храпу Гыссы; да падет камень на твою голову – да падет ка-мень Гаджи на твою голову; клянусь – клянусь социализмом; да буду я его жертвой – да буду я жертвой его волос. В этих случаях комический оттенок выражению придают слова, употребляющиеся рядом с ним и характеризующие его с объектной, качественной, пространственной, временной и др. точек зрения.
Комические фразеологические единицы используются как в языке повествования, так и в речи персонажей, играя значительную роль в достижении комического эффекта. Выражения, исполь---зуемые в авторской речи, приобретают комическую окраску в зави-симости от отношения автора к образам и описываемым собы-тиям. Велика роль подобных выражений в определении авторского от-ношения. Таковы, например, фразы Мир Джалала: Бешен-ство уда-рило в голову одноногого Кязима; Все это превратило Са-рыглы муллу в цыпленка; Совесть одолела бека, кровь ударила ему в го-лову, глаза полезли на лоб; Антарзаде, повторяя «почему-по--че-му», постепенно выходил из себя; Человек в бухарской папахе, при--жав тар к груди, потерял сознание; Когда глаза Акпера встре-тились с глазами девушки, столкнулись миры и т.д.
Некоторые выражения в прозаических произведениях 20–30-х годов, употребляясь в языке повествования, представляют собой продукт мышления отдельных героев. Ясно ощущается, что в ав-торской речи находит выражение образ мышления героя; целый ряд выражений, встречающихся в авторской речи, в действитель-ности является продуктом мышления героя и соединяется с автор-ской речью. Например, парное слово «эядя-эцдя» (холопы) в пред-ложении «Дрожа всем телом, он отправился к Бабир беку с прось-бой помочь «холопам» Мир Джалал приводит в кавычках. При--водя его в кавычках, автор дает понять, что оно присуще мышлению героя и употребляется с иронией. Подобные слова мож-но было бы дать и без кавычек. В сатирах Мирзы Джалиля та-кие слова даются без кавычек, и в кавычках не ощущается необ-хо-димости, так как их язык – это подлинно сатирический язык, ко--торый надо расшифровывать. Только в этом случае можно правильно понять авторскую тенденцию. Целый ряд сатирических фель-етонов Мирзы Джалиля не допускает прямого понимания. Не-обходимо учитывать иронический, иносказательный, иногда прямо противоположный смысл выражений. Авторская речь Мир Джалала обычно лишена подобной острой сатиричности: ирония и иносказание в них часто носят эпизодический характер. Поэтому слова типа «эядя-эцдя», употребляясь в авторской речи, даются в кавычках во избежание неверного понимания. Таким образом, слабость сатирического стиля, отсутствие остроты и общего иронического фона делают необходимым использование кавычек. В этом случае выражение «янъам чякмяк» также необходимо было привести в кавычках, так как оно выражает мысль Гаджи Гусейна, пьющего народную кровь. Подобные выражения довольно часто встречаются в авторской речи, их понимание не вызывает затруднений на общем комическом фоне. «Он составил подробный план действий против Гадира и прочих «бандитов» – совершенно очевидно, что несмотря на то, что выражение «составил план» (план тюкмцшдц) употребляется в авторской речи, оно является продуктом мышления Бабир бека. Оно характерно для невежественного Бабир бека, который считает себя человеком исключительным, имею-щим право вершить суд над всеми. «Дядюшке Мехбалы оп-ять не удалось доставить сливки их хо-зяину. Забыв о трагедии сво-его друга Мешеди Мохсуна, он заду-мался о судьбе сливок. Горе пиалы, которую он держал в руках, тяжелым бременем легло на его плечи. Хозяин чужого добра как сквозь землю провалился. Хоз-яин сливок так и не нашелся» (Мир Джалал, «Сливки»). Читатель прек-расно понимает, что выражения «думать о судьбе сливок», «сочувствовать сливкам», «горе пиалы», «хозяин сливок», «хоз-яин чужого добра» (гаймаьын щайына гал-маг, касанын дярди, гай-маьын сащиби, юзэя малынын сащиби) представляют собой продукт мышления дядюшки Мехбалы. Эти выражения не являются устойчивыми сочетаниями, входящими во фразеологию общенародного языка: это авторские выражения, соз-данные путем метафоризации. Однако они активно служат созда-нию комического эффекта, им присущ иронический, насмешливый тон. Вместе с тем они связаны не со столкновением классовых инте-ресов, а с горьким впечатлением, производимым невежеством и на-ивностью простого люда.
Живые и образные выражения, создающие комический эффект, чаще всего встречаются в языке персонажей. В языке прозы велика роль подобных выражений как средств типизации. Они ярко выра-жают образ мышления, психологию и особенности характера пер-сонажей. В романе «Воскресший» выражения Бабир бека дают возможность определить основные черты его характера. Любимым словом Бабир бека является слово «нация»; выражения, связанные с этим словом и вообще с национальным вопросом, соответствуют его мышлению; например: «Ялбяття, миллятин ихтийары бизя ча-тыр» («Разумеется, нация имеет на нас право»). Бабир бек не гово-рит «я глава нации», «мы руководим нацией», «мы господа» и т.п., он использует выражение «нация имеет на нас право» и, выражая свою мысль, обнаруживает бахвальство и невежество. Подобная естественность речи проявляется и в его беседе с Гаджи Гусейном. В связи с национальным вопросом он ругает и Гаджи, не вынося-щего запаха серы: «Ну и ну. Тебя и спички страшат. А если завтра придется драться за нацию, вступать в перестрелку?» Он иногда позволяет себе мыслить широко; его заботят «тревоги мусульман-ства», «дела этого мира»: «Даа, вот так. Дела мирские». «Что ты сказал? Ты говоришь о деле мусульманства?»
Горе нации «тревожит» не только Бабир бека, но и его друзей, сподвижников. Женщина, муж и брат которой «отправлены на священную войну за веру», в гневе бросает своего грудного ребен-ка на стол перед Алес беком. Пристав взывает к ее совести: «Сест-ра, у нас голова идет кругом. Мы здесь день и ночь думаем о на-ции, а ты затеяла драку из-за грошей». Или же, когда на ухо Гадиру шепотом говорят, что стоящий перед ним – это «служитель нации Мешеди Ферзалы», в его мысли, порожденные невежеством, вли-вается авторская ирония: «Гадиру показалось, что забота о нации иссушила его. Тревога за народ высушила его голову и удлинила шею». Мирские дела интересуют и Мамедгусейна из расс-каза «Са-ра», однако он находится в том же положении, что и герои рассказа Мирзы Джалиля «Может и вернут». При каждом малейшем извес-тии из внешнего мира он думает о новой власти («а дела у субъек-тов, кажется, идут неважно»). И этим пытается успокоить себя.
В нескольких примерах собрано значительное количество вы-ражений, характеризующих образ мышления и речь Бабир бека и других представителей его класса: право нации, за нацию, предате-ли нации, забота о нации, тревожиться за нацию, дела мусульман-ства, мирские дела, дела мира и т.д. Эти близкие по значению вы-ражения комическим путем указывают на различное классовое восприятие понятия. Бабир бек использует подобные выражения для отвода глаз, он пускает пыль в глаза людям и творит свои чер-ные дела. Кроме того, эти выражения весьма характерны для обще-го уровня бека, они находятся в соответствии с общим развитием комического плана. Безусловно, выражения, характеризующие речь Бабир бека, состоят не только из приведенных нами выше. Во вре-мя траура он хвалит Гадира и поносит Мешеди Ислама. О крестья-нах, отличающихся сознательностью и непримиримостью, он гово-рит: «дерущиеся из-за кости», «дерущиеся за удовлетворение же-лудка» (сцмцк дартышдыран, гарын давасы дюйянляр). В его языке выражения типа: иши битиб (ему каюк), цзя дуруб (уличать в лицо, протестовать, восставать), аьзына дил атыб (помочь говорить), од гоймаг (разнести в пух и прах), башыны якмяк (снести голову), то-хумуну кясмяк (уничтожить род кого-либо) относятся к революци-онным рабочим и крестьянам, находящимся под их влиянием. Его излюбленными выражениями являются: а саь олмуш (будь здоров), а халасы эюйчяк (эй, племянник красивой тети), ялиня дюнцм (го-лубчик), зад демишкян (как там говорится) и т. д. Подобные выра-жения, свидетельствующие о легкомыслии бека, звучат естествен-но в «Воскресшем». Они говорят о мастерстве писателя в выборе выражений, неожиданной связи слов, об учете им в процессе коми-ческой типизации образа мышления, характера и привычек персо-нажа. Комический эффект таких предложений и выражений со всей силой проявляется в комическом тексте, созданном писателем. При рассмотрении же данных выражений вне текста сила их воздейст-вия, безусловно, значительно слабее. Это обстоятельство еще раз подтверждает способность слов выражать в связной речи, во фразе различные смысловые оттенки.
В качестве средств типизации Мир Джалал использовал фра-зеологические единицы и в речи Гадира. Выражения, присущие языку Гадира, носят ярко выраженный национальный характер. Кроме того, они отражают его невежество и постепенное, мучи-тельное пробуждение, медленный рост его самосознания. Его речь, а также выражения, употребляемые в языке повествования в соот-ветствии с его мышлением, играют в романе важнейшую роль как языковые факты, показывающие динамику образа, путь его разви-тия, приобщение к борьбе. Они служат повышению образности по-вествования и диалогов, усилению комизма. Рассмотрим несколько подобных выражений, сопровождающих процесс «совершенство-вания» Гадира. Гадир постепенно пробуждается, начинает разби-раться в аферах Бабир бека, который не устает говорить о нации: «свинья, разрушил мой дом», «гяур несчастный, не дал спокойно пожить», «камень нации да падет на твою голову», «что ты привя-зался с этой верой ко мне»... Просветление наступает поздно. Раньше он не понимал таких вещей, не подозревал о лживости и лицемерии господ: «Ни в одну курицу не бросил камня», «я бедный крестьянин и честно зарабатываю кусок хлеба». Он стоит связан-ный перед беком и клянется «хлебом насущным», «благополучи-ем». Даже когда ему кажется подозрительным частое посещение беком его бедной, полуразвалившейся хижины, он думает, что «ви-димо, бек вырыл подземный ход и ходит по нему на поминки». Од-нако эти подозрения быстро исчезают, и по совету бека он готовит-ся к службе. В юмористических тонах описывается также отноше-ние Гадира к винтовке. Взяв в руки оружие, он понимает, что в ми-ре господствует сила, и тот, у кого есть оружие, может властвовать. Позднее, поняв замысел бека, Гадир потрясен, он начинает пробу-ждаться, однако и здесь его наивность проявляется в вере в закон. Он думает, что стоUит только пожаловаться приUставу – и он «на-ведет порядок», «накажет подлых сотников». Но его называют «русским приUхвостнем» и сажают в тюрьму. И только революци-онные рабочие в тюрьме открывают ему глаза на социальную не-справедливость и убеждают в необходимости бороться с нею. Надо подумать и решиться на борьбу, говорят ему.
Семантические возможности фразеологических единиц – сино-нимия, антонимия, многозначность и омонимия оказывают серьез-ное влияние на степень пригодности их в качестве средств комиче-ского. Синонимия фразеологизмов играет значительную роль в языке сатиры и юмора. Для всестороннего выражения дополни-тельных смысловых оттенков различных понятий наши мастера сатиры успешно использовали богатейшее фразеологическое твор-чество народа. В языке сатирической прозы синонимичные выра-жения выступают необходимыми составными элементами эмоцио-нально-иронической речи. Например: Еви апармаг фикрини ешидян кими, бяй юзцнц итирди. Нядянся, башыны товлады, рянэи гач-ды, дили долашды. Сайалы арвад… дцйцнляри ачыр, тилсимляри сындырырды; Намус бяйя эцъ эялди, ган башына вурду, эюзц кяллясиня чыхды; Адамлар бялкя дя юзляриня дяхли олмайан шей цчцн баш сындырыр, боьаз ъырыр, чяня чыхарырдылар; Ня да-нышырсан, а саь олмуш; Беля олса, Бябир бяй щеч мящял го-йар, щеч хяръ тюкяр, юзцнц диля-дишя салар?; Мян эцман етдим ки, бу адамын тяби эялиб, ешги галхыб вя с. (Мир Джалал) (Узнав о том, что он забирает семью, бек растерялся. Он почему-то стал че-сать голову, побледнел, стал заикаться; Тетушка Саялы ... развязы-вала узелочки, рушила колдовство; Совесть одолела бека, кровь ударила ему в голову, глаза полезли на лоб; Люди порой дерутся из-за ненужных им вещей, ломают головы, надрывают глотки, сво-рачивают челюсти; О чем ты говоришь, будь ты здоров; Стал бы, если так, Бабир бек тратиться, уделять внимание, снисходить?; А я решил, что к нему пришло вдохновение, взыграла любовь и т.д.).
Цель Бабир бека состоит в том, чтобы отослать Гадира, оста-вить Гумру одну. Когда же он узнает, что Гадир решил взять с со-бой жену и детей, он приходит в замешательство. Его состояние хорошо отражают синонимичные выражения. Увидев рядом с Гум-ру «чужого человека», бек также приходит в состояние сильного гнева и замешательства. Волнения, связанные с его отвратительны-ми чертами, выпукло отражаются синонимичными фразеологиче-скими единицами, создающими комическое впечатление. Анализ примеров позволяет выявить важную особенность, связанную с пи-са-тельской интуицией – тенденцию к постепенному усилению вы-ражений.
Комический эффект в языке прозы иногда создается путем за-мены широко употребительного выражения его просторечным ва-риантом или синонимом, имеющим диалектный оттенок. Напри-мер, С.Рахман вместо «драться» употребляет выражение «устроить женскую баню» (зяняня щамамы салмаг), вместо «насупить бро-ви» – «опустить брови на полтора аршина» (гаш-габаьыны ар-шын йа-рым сал-ламаг), вместо «хитрить» – «притвориться мерт-вой лисой» (юзц-нц тцлкц юлцлцйцня гоймаг). Иногда комизм соз-дается за счет замены второго компонента фразеологической единицы более грубым словом. Напр.: У Мир Джалала «гялят еляйир» – «гялят дартышдырыр».
В языке прозы особое внимание уделяется комической синони-мии фразеологических единиц, выражающих проклятия. Гысса ха-нум мечется в гневе и проклинает своего мужа: «Буну мяня туш салан, евин йыхылсын! Ушагларын мяляр галсын! Буну эюрцм цзц эцлмясин! Байрамы гара эялсин! Иштащы ичиндя галсын!» (Да разрушится дом того, кто свел его со мной! Чтобы дети твои блея-ли, не переставая! Чтобы ты никогда не улыбался! Чтобы праздник был для тебя трауром! Аппетит остался без удовлетворения!). Жена сельского стар-шины, Тарлан ханум, услышав, что ее сына оскорбил сын бед-ного крестьянина Джалил, бьет себя по ногам и вопит: «Бурнундан эялсин о… Белядир дя! Эюзцнцзц тутсун ана-бала йедийиниз о чюрякляр! Эюрцм ондан да пис эцня галасыныз!» (Мир Джалал). (Будь ты проклят... так оно и бывает! Чтоб не пошел вам впрок наш хлеб! Чтоб вы жили еще хуже!).
Причиной комизма становится также построение фразы в соот-ветствии с ее просторечным характером; например: «Мулла Касум вошел в кайф» (Молла Гасым кефя эялмишди). С.Рахман употреб-ля-ет эту фразу, чтобы выразить насмешливое отношение к мулле.
Комический эффект, создаваемый употреблением омонимич-ных и антонимичных фразеологических единиц, также связан с по-тенциальными возможностями выражений. Такие выражения, как «чяняси лахламаг» (подбородок не держится), «гурбаьа эюлцня даш атылды» (брошен камень в лягушачье озеро), «йаьлы аш би-ширди» (сва-рил жирный плов), «боьазым гуруду» (в горле пересо-хло), «яли-ни гаралтмаз» (руки не перепачкаешь – в значении «ни-чего, пус-тяки»), «кюкцнц кясмяк» (вырвать с корнем, уничтожить в кор-не) и т.п. составляют омонимичные пары со свободными соче-тания-ми. Метафорическое значение подобных выражений оказыва-ет значительное влияние на комический фон. «Чяпял тойуглары гова-гова дяйирманыны ишлядирди» (Чепел, отгоняя кур, вертела свою мель-ницу) – сочетание «вертеть мельницу» употребляется здесь в метафорическом значении: «говорить быстро и много»; «Бу бащар чох адам-лары ишыглы щяйата чыхарыб ъан верди, севин-дирди» (Эта весна многих вывела к светлой жизни, оживила, обра-довала); «Иэидлярин цряйи бир тикяйди… охай дейиб ъан верирди-ляр» (Сердца храбрецов были с неболь-шой кусочек, они охали и испускали дух). И в том и в другом пред-ложении употребляется выражение «ъан верди», однако оно вы-ражает энантиосемию: в первом случае оно означает «оживить», во втором – «испустить дух».
Наряду с общеупотребительными фразеологическими единица-ми, в создании комического фона участвуют арготические выра-же-ния, а также заимствования в составе исконных выражений. Напр.: «… бязян удур, чох вахтларда ися вар-йохунун йериндя йелляр ясир-ди. Мящяммяд алвердя дя майаны хоруза йцк елямишди» (... иногда ему сопутствовала удача, однако чаще всего там, где некогда было его имущество, гулял ветер) (С.Рахман). Второе из этих синонимич-ных выражений (майаны хоруза йцк елямяк) обладает арготическим характером. В речи богобоязненного мешеди в составе обо-рота употребляется русское слово: «Юзц дя мян буна вигавор веряъям» (К тому же я дам ему выговор). В некоторых случаях ав-тор говорит при этом от имени героя: Мяшяди Щашым демишкян, «скушна кечмясин дейя…» (Как говорит Мешеди Гашим, «чтоб не было скучно...») (С.Рахман).
В языке сатирической прозы, особенно в произведениях Б.Та-лыблы, встречаются выражения, имеющие характер локализмов. Они не употреб-ляются в литературном языке, не обладают широ-кой употребительностью и в просторечии. Например, в рассказе «Самец Тукезбан» читаем: «… атасындан вя гардашларындан кю-тяк галмамышды йемясин, онунла беля йеня дя юзцня гойулмазды» (... она часто получала тумаки от отца и братьев, но никак не бра-лась за ум). Выражение «юзцня гойулмазды» (не приходила в себя, не бралась за ум, не вела себя как следует) обычно употребляется в виде «аьлы башына эялмязди», «юзцня эялмязди». В прозе писате-ля вместо выражения «бу гулаьындан алыб, о гулаьына верярди» (впускал в одно ухо и выпускал из другого) встречается «бу гу-лаьындан вуруб, о гулаьындан кечирярди», вместо «няфясини ичи-ня чякди» (затаил дыхание) употребляется «няфяси эетди гарнына» (дыхание ушло в живот), вместо «эюзуня йуху эетмяди» (не сомк-нул глаз) используется выражение «эюзцня йуху эирмяди». В языке С.Рахмана встречаются также специфические комические выраже-ния, типа «пролетарский черпак» (пролетар чомчяси), не употреб-ляющиеся в общенародном языке и связанные с общественно-политическими вопросами.
Наряду с отдельными фразеологическими единицами, в созда-нии комического эффекта в языке прозы участвует и фразеологиче-ская контаминация. Часть контаминированных выражений типа «ял-яля, баш-баша чыхарыг», «бейнини тцстц, думан бцрцмцшдц», «баш-бейнимизи апарар», «ял-голуну юлчя-юлчя», «ял-айаьа дцшдц», «яли-голу ачылаъаг», «ялдян-айагдан эедирди» и т.п. и в настоящее время легко рас-падается на два фразеологизма: ял-яля чыхарыг, баш-баша чыхарыг; бейнини тцстц бцрцмцшдц (его мозг окутал дым), бейнини думан бц-рц-мцшдц (туман в его голове); ба-шыны апарар (надоест), бейнини апапар (надоест) и т.п. Подобные выражения из близких по значению, ис-то-рически синонимичных единиц, распадаясь на составные части, в определенной степени утрачивают свою выразительность, а иног-да выражают другие зна-чения.
Встречаются и обратные процессы, когда фразеологическая кон-тами-нация распадается на компоненты, которые связываются с ан-тонимическими словами, при этом усиливаются эмоциональность и комизм выражения. В этих случаях как бы восстанавливаются этимологические компоненты фразеологической контаминации. Например, Мир Джалал для усиления насмешки над Антарзаде выражение «эцнц ащ-вайла кечир» (его день проходит в охах и ахах) использует в следующем виде: «Онун сящярляри ащла ачылыр, ахшамлары вайла говушурду» (Его утро начиналось со вздохов, ночь сливалась с причитаниями). Антонимические слова (ахшамлары – сящярляри; ачылыр – говушур) способствуют значительному усилению экспрессивности выражения, повышается степень его ироничности.
Факты свидетельствуют о том, что в произведениях, отличаю-щихся острой сатирической направленностью, тонким юмором, обычно наблюдается обилие устойчивых выражений, обладающих большой силой комического воздействия. Напротив, рассказы, в которых ограниченно используется фразеологическое богатство языка, отличаются сухостью и схематичностью. Однако в одном и том же произведении очень часто доля участия комических выра-жений различна в разных частях. Например, роман «Воскресший» отличается богатством образных сравнений и устойчивых выраже-ний, однако одна из его глав под названием «Золотое утро» выде-ляется своим лиризмом: в этой главе отсутствуют не только сати-рические, но и юмористические выражения. Здесь в лирическом плане выражается призыв к борьбе за новую и счастливую жизнь.
В языке прозы комические глагольные сочетания преобладают над именными. Правда, в произведениях наших писателей встреча-ется и немало именных сочетаний типа «овгаты тялх» (быть в пло-хом настроении), «ким кимдир» (неразбериха) (Б.Талыблы), «аьыз давасы» (перебранка), «башымызын бюйцйц» (старший над нами, глава) (Кантемир), «ишин ичи» (суть дела), «кафир яли» (рука гяу-ра), «санымда ъан вар» (есть еще порох в пороховнице), «тцлкц щийляси» (лисья хитрость), «кефи саз» (в хорошем настроении), «ъиби долу» (с полным карманом), «эцлдян аьыр» (букв. тяжелее цветка, т.е. ничего оскорбительного) (Мир Джалал), «эюзлярим цстя» (обязательно), «ъаны боьазында» (доведен до крайнего раз-дражения) (С.Рахман). Од--нако большинство устойчивых выраже-ний в языке прозы состоит из глагольных фразеологизмов.
Употребительными морфологическими формами глагольных фра--зеологических единиц являются повелительное и изъявительное наклонения. Преобладают в количественном отношении единицы, употребляющиеся в изъявительном наклонении. Фразеологические единицы, имеющие повелительное наклонение, выражают комическое отношение и относятся к проклятиям, бранным выражениям, различным советам: «мящкямя саь олсун» (да здравствует суд), «диля бас» (уговаривай), «аьзыны сахла» (не болтай), «тормозу бас» (нажми на тормоз, т.е. стой), «тора саUлма» (не завлекай в сети) (С.Рахман), «аллащ аьзындан ешитсин» (букв. услышал бы аллах тебя, т.е. дай бог, чтобы было так, как ты говоришь), «эя-дя-эцдяляр чыхсын башымыза» (холопы сядут на голову), «ешшяйи палчыгдан чыхарт» (вытащи осла из грязи), «гарнымызы бяркидяк» (укре-пим свои животы), «аллащ диня эятирсин» (пусть бог даст веру), «аъыьыныз эялмясин» (не сердитесь), «вар-дювлят ялдян чыхмасын» (не потерять имущество) (Кантемир), «сящянням ол» (пошел к черту), «аьзыны йум» (закрой рот), «йериндя кюп» (подыхай), «гырхы чыхсын» (пусть пройдет сорок дней), «сязасына чатдырын» (покарайте), «бю-йцк-лцк елясин» (пусть верховодит), «чимдик эютцрсцнляр» (пусть ущип-нут), «йадына сал» (вспомни), «башына дяйсин» (на черта надо...), «рядд ол» (пошел вон), «цз вермясин» (пусть не сажает на го-лову), «бойнума минмясин» (чтоб не сел ко мне на шею), «кеф чяк-син-ляр» (пусть наслаждаются), «баша дцш» (пойми), «юзцндян чыхма» (не выходи из себя)... (Мир Джалал). Подобные фразео-логические еди-ницы связаны с речью персонажей и являются одним из основных средств создания комических диалогов. Фразеологические же единицы в изъявительном наклонении чаще всего бы-вают связаны с авторской речью.
Часть глагольных фразеологизмов состоит из инфинитивных обо-ротов: «бурнуну сохмаг» (совать свой нос), «виъдан язабы чяк-мяк» (испытывать угрызения совести), «фцрсяти ялдян бурахмаг» (упустить удачу, упустить случай) – Б.Талыблы; «аьзына тцпцрмяк» (плюнуть в рот), «фяляйин чянбяриндян кечмяк» (прой-ти через обруч рока), «саныны дишиня тутмаг» (стиснуть зубы), «дцнйайа эялмяк» (появиться на свет), «башыачыг сахламаг» (ос-таться без кормильца) – Кантемир; «гаровул чякмяк» (сторожить), «ъызыьындан ча---хартмаг» (переходить границы дозволенного), «гийамят гопармаг» (метать громы и молнии), «йаш ахытмаг» (проливать слезы), «яля эятирмяк» (приручить, уговорить), «эюзц-ня эирмяк» (вертеться на глазах), «сюзцндян чыхмаг» (нарушать слово), «йарашыьа салмаг» (при-украсить), «щювсяляни басмаг» (иметь терпение) – Мир Джалал; «башга щавалар чалмаг» (петь другие песни), «йолуна гоймаг» (наладить), «дадына чатмаг» (прийти на помощь), «башыны якмяк» (объе-горить), «бурнунун суйуну ахытмаг» (задать перцу) – С.Рах-ман; причастные обороты: «башы батмышлар» (проклятые), «чюряк ити-рян» (неблагодар-ный), «башы эора титряйян» (стоящий одной ногой в могиле), «туш салан» (сводня), «ъан верян» (отдающий душу), «яля ке-чян» (при-обретенный, попавший в руку), «мясъидя дюнмцш» (опустошен-ный), «фитня салан» (интриган), «османлы гашыьы ишлядян» (пля-шущий под османскую дудку); встречаются также деепричастные обороты: «эюзляри йол чякяндя» (уставившись бессмысленным взором) – Б.Талыблы; «баьрына басанда» (прижимая к груди), «шцб-щя-йя дцшцб» (впав в сомнение) – Мир Джалал; глаголы в различных временных формах: «сюзцндян чыха биляр» (может на-рушить дан-ное слово) – Симург; «ющдясиндян эяля билмяйир» (не справляется с ним) – Б.Талыблы; «башымыза чыхармайа» (как бы не посадил нам на голову) – Кантемир; «гумары ялдян гойа бил-мяз» (не сможет бросить азартную игру) – С.Рахман. Наиболее употребительны комические устойчивые сочетания со стержневым компонентом в прошедшем категорическом времени, в настоящем времени, прошедшем имперфектном. Это общее положение допус-кает возможность специфичных употреблений в языке отдельных писателей.
В языке сатирической прозы особая роль в создании комиче-ского эффекта принадлежит междометным фразеологическим еди-ницам, особенно проклятиям, ругани. Подобные выражения созда-ют комизм не только за счет своего неожиданного значения, но и за счет употребления в неожиданных ситуациях. Например, в повести Б.Талыблы «Опора» есть такой эпизод: мать Надира приходит на усадьбу Мастан бека и хочет получить весть о своем сыне от слуги Меджида, однако бек и его жена Ногул ханум не дают возможно-сти Меджиду поговорить с бедной женщиной:
«... бек, я пришла к Меджиду узнать, как там мой сын, – ска-зала она и посмотрела на Меджида.
Меджид остановил лошадь и собирался ответить, однако Но-гул ханум прикрикнула на него и упрекнула его в том, что ради та-кого неблагодарного человека, как Надир, он хотел оставить ра-боту и вступить в разговор.
Меджида рассердил выговор барыни, он посмотрел косо на нее, пожевал губами и в свою очередь заорал на лошадей... – А, будь ты проклята! (Ай сянин атанын эюзцня афтаба!) Было непонятно, кого он ругает, лошадь или Ногул ханум».
Ситуация такова, что Ногул ханум может и не понять, что про-клятие – в ее адрес. Слуга не может быть настолько смел. Однако автор мастерски пока-зывает классовое отношение – желание Мед-жида ответить женщине, его бес-по-мощность, несмотря на которую он все же отводит душу; он доводит до читателя свой гнев. Об этом свидетельствуют его косые взгляды и ругань «ай ся-нин атанын эюзцня афтаба» (букв. отцу твоему в глаз рукомойник, т.е. будь ты проклята). На самом деле проклятие Меджида относится к беку и Ногул ха-нум, присутствие лошади помогает ему провести ругань через цензуру господ.
В языке мастеров нашей прозы встречается множество кстати употреб-ленных выражений типа: «ъящяннямя эялсин, эора эялсин» (черт с ним и с его приходом), «мцлщид гызы мцлщид» (безбожни-ца, дочь безбожницы) (Б.Талыблы); «мцртяд ушаглары» (дети веро-отступника) (Симург); «аллащ атана рящмят елясин» (букв. да сми-лостивится аллах над твоим отцом, царствие ему небесное), «о буьдадан сяня щалал олсун» (не «о буьда», а «о буьдадан», букв. да пойдет тебе это зерно впрок), «аллащ елямясин» (не дай бог) (Кан-те-мир), «гызыл эцлляйя эялясян» (да угодит в тебя красная пуля), «вай сянин атан-анан йарымасын» (да не будет проку от тебя твоим родителям), «даш дцшсцн онун башына» (да падет камень на его голову), «сяни мяня ъалайанын атасы тцнбятцн олсун» (да перевернется в гробу отец того, кто свел меня с тобой; обычно о плохой жене), «сянин атан эорбаэор олсун» (чтоб сдох твой отец), «ай сяни саь йемяйясян» (чтоб кусок не пролез тебе в горло), «ъийярин йансын» (чтоб сгорела твоя печень), «онун имам кяллясиня чахыр тюкцм» (налил бы я вино в его имамскую голову) (Мир Джалал); «атан ъяннятлик» (рай твоему отцу, царствие ему небесное), «атан рящмятлик» (царствие небесное твоему отцу), «эю-зцн айдын олсун» (поздравляю тебя) (С.Рахман). Немаловажное значение в приобретении общим фоном комической окраски принадлежит фразеологическим единицам, выражающим клятву, заверение, одобрение, поздравление, ласку, сочувствие: «гурани-мясъид щаг-гы» (клянусь кораном мечети), «башын саь олсун» (да здравствует твоя голова), «ялиня дюнцм» (да буду я твоей жертвой), «машаллащ ол-сун» (хвала господу), «сян виъданын» (ска-жи по совести), «мцбаряк ол-сун» (поз-дравляю), «гардашоьлунун ъанына анд олсун» (клянусь здоровьем плем-янника), «мяни гября юз ялинля гойасан» (чтобы своими руками ты положил меня в гроб), «бу ъан юлсцн» (чтоб душа вон), «кярамятиня гурбан» (да буду я жерт-вой твоего великодушия), «эюзцня дюнцм» (да буду я жертвой твоих глаз) (Мир Джалал). Кроме того, необхо-ди-мо отметить роль модальных фразеологических единиц в проявлении оттенков смеш-ного. Использованные Мир Джалалом выражения типа «ярз олсун гуллуьунуза», «ярз еляйим аьа-нын гуллуьуна», «тябият гойса», «сюз бе-ля, тимсал беля», «баш аьрысы ол--масын» и вне контекста, сами по себе вызывают улыбку. Например, в рассказе «Вести от Хикмета» речь жены служителя мечети, жен--щины, стремящейся вмешиваться и влиять на ход выборов по но--вым правилам, автор строит следующим образом: «А гадан алым, башаьрысы олмасын, инди будур, тимсалян дейирям, биз зящмяткешляр, сюз бе-ля, ис-тясяк, бурада отуран арвадлардан бирини сечяк; ня олар, инаны-рыг, эюрцрцк ки, тимсал беля, йахшы ишляйир, дилли-аьызлыдыр, щагг-ядалятнян бахандыр, аьбирчякдир, цряйимизя йатыр, сеч-ирик…» (Да буду я твоей жертвой, надо сделать так, чтоб не болела голова, вот сейчас, например, мы трудящиеся, кстати сказать, если захотим выбрать одну из сидящих здесь женщин, ну и что, мы верим ей, видим, что, например, хо-ро-шо работает, красно-речивая, справедливая, почтенная, нам по душе, выбираем...) Наряду с обычными выражениями, намерения персо-нажа естествен-ным и комическим путем отражают здесь вводные слова.
Рассмотренные выражения представляют собой составные эле-менты прозаического стиля, важнейшие средства комического. Без них невозможно представить себе язык сатирических и юмористи-ческих произведений. Обилие и разнообразие комических выраже-ний самым непосредственным образом влияют на естественность и эмоциональность авторского языка и речи персонажей, на силу ко-мического фона и комических деталей. Творчество Симурга, Б.Талыблы, Кантемира, Мир Джалала и С.Рахмана различно по ин-тенсивности употребления фразеологических единиц и индивиду-альным стилевым качествам. Однако с точки зрения использования фразеологичес-кого состава языка как основного источника образ-ных выражений здесь наблюдается единство. Это обстоятельство свя-зано с устойчивостью фразеологии общенародного язы--ка. Ос-новная часть фра-зеологии общенародного языка состоит из образ-ных названий жизненных понятий. Писатели отличаются друг от друга способностью придавать дополнительные смысловые оттен-ки общеупотребительным выражениям. Тем самым они способст-вуют обогащению литературного языка и формированию соб-ственного индивидуального стиля писателя. Это чаще всего дос-ти-гается исполь-зованием выражения, обогащением его в семанти-че-с-ком плане, в результате чего оно обретает новую жизнь.



© Кязимов Г. Теория комического (проблемы языковых средств и приемов). Баку, «Тахсил», 2004.